Ваш навигатор в Мире Вина
11 ноября 2020

20 лет в мире моды на вино

Ох уж эти SWN, а с ними и их авторы! Ну невозможно не согласиться, примерно, с каждым словом. 100% попадание-одно удовольствие читать. Даже не будем сопротивляться желанию поделиться с вами материалом, в совершенстве владеющего своим искусством, словесного ниндзя Ильи Кирилина для SWN про винные тренды последних десятилетий, что и делаем ниже, с небольшой пометкой: по хронологии сразу берём вторую часть довольно длинного материала - ту, что начинается сразу с 2000-х годов, ибо ближе и понятнее:  

2000

Глобальная экспансия трендов

Потребление вина в классической винной Европе падает – за полвека Франция потеряла 60%, Италия – 45%, Испания и Португалия – примерно по 30%. Но не надо печалиться, пить стали меньше, да лучше.

Вино переходит из разряда продукта питания в продукт сложный, интересный, дорогой. Виноделы, которые за качество, от этого в плюсе, все остальные открывают новые рынки, отправляя вагоны дешевого вина и балка в «невинные» страны, в том числе и Россию.

100 000 бутылок по ценам haute couture

Меж тем в Бордо открывается новое дыхание. Нас ждет целая череда винтажей тысячелетия – 2000, 2005, 2009, 2010.

Урожаи обильные, вина много, при этом цены растут как на дрожжах, Китай скупает все за любые деньги, традиционные рынки смотрят на это сумасшествие со стороны. Даже американцы ошалели от такой наглости французов, и начали смотреть по сторонам. А теперь есть куда – культовая Калифорния, топовые вина Чили от Чедвика, Мондави и Ротшильдов, Австралия с ее Grange и мощнецкими ширазами отлично подходят под жирный американский стейк.

Мода на стиль гаучо

Кто сказал стейк? Для него уготован другой компаньон – мальбек. Аргентинцы долго томились на собственной парилье одни, но потом быстро поняли, что нужны доллары, и обратили взоры на Америку. Их заметил все тот же Паркер, который в предсказаниях к новому миллениуму одним из пунктов написал, что вскоре мы увидим великие вина из мальбека.

Так и случилось, причем не только в верхней гамме, но и в доступном сегменте. Появилась новая классика, которая быстро захватила мир. Из моды мальбек не выходит до сих пор, хотя аргентинцы расширяют диапазон сортов.

Цвет сезона – бургундский

В 2004 году в Штатах выходит фильм «На обочине». Фраза «Я не буду пить этот поганый мерло» поставила крест на будущем сорта за океаном, так что Petrus и Masseto повезло, что на этикетке не написано Merlot.

Ему на смену пришел пино нуар как самый тонкий, терруарный и изысканный (в случае Нового Света это не всегда так). Медленно, но верно, сорт начинает захватывать умы и винные карты, расширяется его география за счет Орегона, Отаго и Патагонии, бургундские вина растут в цене, прогнозы только самые радушные.

Тропические паттерны затмевают классику

Мировые вкусы на белые меж тем меняются. Дубовый шардоне, в котором было столько сливочного масла, что его можно намазывать на хлеб, остался в 90-х. Американцы его разлюбили, наступает движение ABC – Anything but Chardonnay, «что угодно, но не шардоне».

И кто приходит ему на смену? Правильно, совиньон блан. В Мальборо сложилась полноценная индустрия с большим количеством игроков, способных обеспечить весь мир. Тропики, трава и крыжовник стали синонимом нового стиля белого, легкого, свежего, ароматного.

Dolce Vita для каждого

Параллельно в наступление пошли итальянцы, которые выставили тяжелую артиллерию – просекко и пино гриджо. Первые ударили сначала по каве, размазав ее по углам и опустив в самый ценовой низ, вторые начали захват рынка белого вина с ароматом белого вина и вкусом белого вина.

Казалось бы, банально и скучно, но массы восприняли такой подход на ура. А что? Произнести легко, звучит по-итальянски радостно, на вкус всегда стабильно и всегда похоже. Куда ни пойдешь – везде оно есть. Зачем искать что-то новое?

До России мода докатилась чуть позже, и как уверяют трендсеттеры той эпохи, над этим пришлось потрудиться, «заставляя потребителей отказываться от Шабли и переходить на пино гриджо». Эх, а надо было? Может, все вернем назад?

2010

Бывший крестьянский стиль становится шиком

Бордосцы отлично провели последнее десятилетие, но жадность их сгубила. Кризис 2008 года им помог пережить спрос с Востока, но китайцы поняли, что не за любой винтаж нужно платить столько, сколько просят, и ненадолго вышли из игры.

Гонконг, винные врата страны, нашел себе новую игрушку – Бургундию. Ее время пришло. На торгах и аукционах рекордные суммы дают за DRC и Armand Rousseau, а не вертикалки Lafite и Latour. Цены на землю в Кот-д’Ор растут до космических высот, гонка вооружений между Арно и Пино* доводит обоих до покупки великих монополий, и это только начало.

Непогода в Шабли повышает цены из года в год, остальная Бургундия продается вся без остатка, бывшие крестьяне становятся миллионерами и со старых Citroën пересаживаются на Porsche.

*Бернар Арно и Франсуа Пино, французские миллионеры, друзья и конкуренты в мире моды и вина. Первому принадлежит LVMH (Cheval Blanc, Yquem и др.) и Clos des Lambrays, второму – Artémis Domaines (Château Latour и др.) и Clos de Tart.

Возвращение из бабушкиного погребка

Из забвения поднимаются новые регионы. Стараниями «Великолепной четверки»** гаме после веков позора и изгнания становится вновь великим сортом.

Божоле покончил с имиджем исключительно «нуво», сомелье вслепую учатся различать Моргон от Флёри. Повезло и виноделам Луары, они тоже запрыгнули в поезд прогресса и начали привлекать повышенное внимание. Случайно заново забродившее в бутылке по весне вино теперь больше не брак, а модный петнат.

От каберне совиньона и Бордо продвинутые потребители подустали, хочется чего-то более свежего, легкого и доступного. Вуаля, перед вами каберне фран! Сомюр, Анжу, Турень и Шинон входят в винные карты, интерес к франу забрасывает сорт в далекую Мендосу и даже Россию, где в нем видят большой потенциал.

**Gang of Four, четверка производителей Божоле (Marcel Lapierre, Jean Foillard, Jean-Paul Thévenet, Guy Breton), которые начали экспериментировать с натуральным подходом к виноделию и вывели регион к мировой славе. Название движению придумал Кермит Линч, один из главных американских импортеров вин Франции.

Антиглобализм в моде

Всего этого бы не случилось, если бы не движение антиглобалистов и натуралистов. Во главе его были американка Элис Феринг и француженка Исабель Лежерон, которые в открытую выступили против вкуса Паркера, международных сортов и причесанных идеальных вин.

В моду входят «натуральные» вина, о которых горячо спорят и ругаются профи и сомелье. Меж тем новое поколение потребителей, та самая молодежь, ведется на хайп и трушность, и не проходя классическую схему развития вкуса, сразу приходит к натуралке. Пахнет квасом и чайным грибом? Прикольно, а почему бы и нет! Понятие дефектов в вине стирается, на арену выходят забытые сорта, органика, биодинамика и силы космоса.

Orange is the New Black

На этой волне просыпается интерес к Грузии, как стране с 8000 урожаев и по одной из версий родине вина, и оранжевым винам в целом. Найти их можно повсеместно, от Ла-Манчи с ее «зелеными колготками» до Мальборо.

Цветовая палитра вина расширилась еще и за счет розовых вин. Из узкой категории легких летних они превратились в реальную рыночную силу. Селебрити мирового масштаба и движение Real Man Drink Pink идут параллельно, по объемам роста розовые бьют все рекорды, и это только начало, ведь мы еще открываем для себя эту категорию, где десятки оттенков, стилей и сортов. В светлом будущем розе сомневаться не приходится, хотя хотелось бы побольше и темненьких серьезных розовых, что про еду и правильные бокалы, а не бассейн и Лазурный берег. Хотя моде не прикажешь, ее надо создавать.  

Цвет шампанского не только для Шампани

В мире игристых ситуация тоже меняется. Просекко обгоняет по продажам Шампань, в планах новое наступление – в 2020-м должны разрешить Prosecco Rosato, которое однозначно порвет все рынки.

Шампань чувствует себя тоже хорошо, но здесь наметилась тенденция – рекольтаны, то бишь фермеры и крестьяне с собственными виноградниками, которые долгие годы оставались в тени больших марок. Выход в свет начался с Нью-Йорка и импортера Skurnik Wine, закончилось Москвой, Шанхаем и Лондоном. Отдельные субзоны, деревни и даже виноградники, пино менье, забытые сорта арбан и пти мелье, биодинамика и солеры.

Но несмотря на моду и восхищенные стоны критиков и сомелье, доля рынка все еще мала, балом пока правят бренды. Они тоже не остались в стороне и освоили ограниченные релизы, модный брют натюр и «отдельные отдельности». Не зря работают отделы маркетинга, не зря.

Независимые каталонские бренды

А вот у кавы дела совсем плохо. Ценовые войны между крупными семейными хозяйствами на К. и на Ф. привели к тому, что обе были проданы и перешли в руки международных концернов.

Небольшие производители не стали больше терпеть цены по полтора евро на полке и имидж самой дешевой шипучки и вышли из аппелласьона, создав группировку Корпиннат. Звучит новое название странно, но оживление пошло, понимающие люди оценили шаг и дали каталонцам шанс.

Испанский постмодерн

С испанским виноделием становится все интереснее. Во-первых, херес – вновь модный напиток. Ну ладно, пока только в Лондоне и других английских городах, где забывают про ужасную репутацию сладкого вонючего напитка старушек, и наоборот открывают целые шерри-бары с фино, мансанильей и другими красотами.

Во-вторых, мода 90-х – начала 2000-х на повальный дуб постепенно проходит. Pingus теперь без нового дуба, Альваро Паласиос переходит на фудры, испанцы понимают, что терруар важнее, чем вкус дерева.

При этом открываются новые сорта и регионы. За белую Испанию отвечают альбариньо и вердехо, за элегантную – гарнача и менсия, за необычную – Канары и Каталония. Буквально в каждой категории стране теперь есть что предложить, а в моду возвращаются традиционные истории, как белая риоха от Lopez de Heredia, за которой теперь стоит очередь.

Мода на легкость и всесезонность

Нельзя не отметить и возвращение немцев и австрийцев. С репутацией рислинга как просто кислого или сладкого сорта покончено, он снова входит в мировые топы и бьет рекорды продаж, причем вне зависимости от погоды и сезона.

К концу десятилетия за ним подтягиваются и красные вина: шпетбургундеры, блауфранкиши и санкт-лауренты радуют высокой кислотностью, низким градусом и особенной легкостью. Уставшим за последние два десятилетия от фруктовых бомб такой стиль нравится.


Набор для базового гардероба

Впрочем, бомбические вина никуда не делись. Простой потребитель как любил спелые, яркие и чуть сладковатые вина, так их и любит. Примитиво/зинфандель, мальбеки и ширазы, Торо и Рибера-дель-Дуэро стали классикой любого супермаркета и ресторана – с ними комфортно, понятно и приятно.

При этом виноградарство и виноделие достигли немыслимых высот, никогда еще человечество не пило настолько хороших вин, вне зависимости от ценового сегмента. Вино стало действительно доступно многим.  

2020. Постскриптум

Что ждать от нового десятилетия? Сложно сказать. Пандемийные прогнозы пока неутешительные. Особенно сложно приходится небольшим фермерам и виноделам, которые большую часть своего вина продают через рестораны и винные бары, у крупных игроков накопились нераспроданные запасы, конкуренция высока, а мировое потребление растет крайне медленно.

Но можно отметить и позитивные моменты. Сегодня на рынке вина каждый может найти то, что ему нравится. Сотни сортов и полузабытых аппелласьонов, петнаты и анцестрали, красные вина под флором и игристые с хересом вместо дозажного ликера. Мир вина стал гораздо шире, чем представлялся даже в начале тысячелетия. И при этом проверенная классика пока никуда не уходит, изменение климата сказывается везде, но откровенно негативных последствий мы пока не видим, так что будьте спокойны, если переживем COVID, то до 2030-х пить нам точно будет что. Источник: SWN

Комментарии